Ейфорія

Продрогшая любовь бродила по пустым
Холодным улицам в своём сиротском платье,
Стояла у стены c протянутой рукой,
Просила то, чего никто не смог бы дать ей...

Все горы и все океаны, все звёзды и радуги,
В горе и в радости всегда быть вдвоём,
И умереть в один день, взявшись за руки,
Не пожалев ни на миг ни о чём.

Мерцали фонари, летели вдаль машины,
Стирались очертания и размывались знаки...
Любовь текла бесшумно бездонной синевою
Из глаз бездомной больной собаки.

У нас с тобой будут все океаны, все звёзды и радуги.
В горе и в радости мы будем вечно вдвоём.
И мы умрём в один день, взявшись за руки,
Не пожалев ни на миг ни о чём.

Бессмертная любовь висела на кресте,
Сгорали в небесах случайные кометы.
Мы вглядывались долго в рубиновые капли,
И ты сказал мне: "Неужели ты веришь в это?"

Да, все горы, все океаны, все звёзды и радуги.
В горе и в радости мы будем вечно вдвоём.
И мы умрём в один день, взявшись за руки,
Не пожалев ни на миг ни о чём.

Безумные сплетенья экстазов и агоний,
Поющие органы и свечи восковые,
И лепестки, и ленты, и гвозди сквозь ладони -
Наверное и вправду всё это - эйфория.

Все горы и все океаны, все звёзды и радуги,
В горе и в радости всегда быть вдвоём,
И умереть в один день, взявшись за руки,
Не пожалев ни на миг ни о чём.

Prodrogshaya lyubov' brodila po pustym
Kholodnym ulitsam v svoyem sirotskom plat'e,
Stoyala u steny c protyanutoy rukoy,
Prosila to, chego nikto ne smog by dat' ey...

Vse gory i vse okeany, vse zvyezdy i radugi,
V gore i v radosti vsegda byt' vdvoyem,
I umeret' v odin den', vzyavshis' za ruki,
Ne pozhalev ni na mig ni o chyem.

Mertsali fonari, leteli vdal' mashiny,
Stiralis' ochertaniya i razmyvalis' znaki...
Lyubov' tekla besshumno bezdonnoy sinevoyu
Iz glaz bezdomnoy bol'noy sobaki.

U nas s toboy budut vse okeany, vse zvyezdy i radugi.
V gore i v radosti my budem vechno vdvoyem.
I my umryem v odin den', vzyavshis' za ruki,
Ne pozhalev ni na mig ni o chyem.

Bessmertnaya lyubov' visela na kreste,
Sgorali v nebesakh sluchaynye komety.
My vglyadyvalis' dolgo v rubinovye kapli,
I ty skazal mne: "Neuzheli ty verish' v eto?"

Da, vse gory, vse okeany, vse zvyezdy i radugi.
V gore i v radosti my budem vechno vdvoyem.
I my umryem v odin den', vzyavshis' za ruki,
Ne pozhalev ni na mig ni o chyem.

Bezumnye spleten'ya ekstazov i agoniy,
Poyushchie organy i svechi voskovye,
I lepestki, i lenty, i gvozdi skvoz' ladoni -
Navernoe i vpravdu vsye eto - eyforiya.

Vse gory i vse okeany, vse zvyezdy i radugi,
V gore i v radosti vsegda byt' vdvoyem,
I umeret' v odin den', vzyavshis' za ruki,
Ne pozhalev ni na mig ni o chyem.