Смерть поэта* | Smert' poèta* (превод на Унгарски)

Реклама

Смерть поэта* | Smert' poèta*

Погиб поэт! — невольник чести —
Пал, оклеветанный молвой,
С свинцом в груди и жаждой мести,
Поникнув гордой головой!..
Не вынесла душа поэта
Позора мелочных обид,
Восстал он против мнений света
Один как прежде... и убит!
Убит!.. к чему теперь рыданья,
Пустых похвал ненужный хор
И жалкий лепет оправданья?
Судьбы свершился приговор!
Не вы ль сперва так злобно гнали
Его свободный, смелый дар
И для потехи раздували
Чуть затаившийся пожар?
Что ж? веселитесь... — он мучений
Последних вынести не мог:
Угас, как светоч, дивный гений,
Увял торжественный венок.
 
Его убийца хладнокровно
Навёл удар... спасенья нет:
Пустое сердце бьётся ровно,
В руке не дрогнул пистолет.
И что за диво?.. издалёка,
Подобный сотням беглецов,
На ловлю счастья и чинов
Заброшен к нам по воле рока;**
Смеясь, он дерзко презирал
Земли чужой язык и нравы;
Не мог щадить он нашей славы;
Не мог понять в сей миг кровавый,
На что он руку поднимал!..
 
И он убит — и взят могилой,
Как тот певец, неведомый, но милый,
Добыча ревности глухой,
Воспетый им с такою чудной силой,***
Сражённый, как и он, безжалостной рукой.
 
Зачем от мирных нег и дружбы простодушной
Вступил он в этот свет завистливый и душный
Для сердца вольного и пламенных страстей?
Зачем он руку дал клеветникам ничтожным,
Зачем поверил он словам и ласкам ложным,
Он, с юных лет постигнувший людей?..
 
И прежний сняв венок — они венец терновый,
Увитый лаврами, надели на него:
Но иглы тайные сурово
Язвили славное чело;
Отравлены его последние мгновенья
Коварным шёпотом насмешливых невежд,
И умер он — с напрасной жаждой мщенья,
С досадой тайною обманутых надежд.
Замолкли звуки чудных песен,
Не раздаваться им опять:
Приют певца угрюм и тесен,
И на устах его печать. —
 
А вы, надменные потомки
Известной подлостью прославленных отцов,
Пятою рабскою поправшие обломки
Игрою счастия обиженных родов!
Вы, жадною толпой стоящие у трона,
Свободы, Гения и Славы палачи!
Таитесь вы под сению закона,
Пред вами суд и правда — всё молчи!..
Но есть и божий суд, наперсники разврата!
Есть грозный суд: он ждёт;
Он не доступен звону злата,
И мысли и дела он знает наперёд.
Тогда напрасно вы прибегнете к злословью:
Оно вам не поможет вновь,
И вы не смоете всей вашей чёрной кровью
Поэта праведную кровь!
 
Пуснато от tanyas2882tanyas2882 в Пет, 15/01/2016 - 07:21
Последно редактирано от tanyas2882tanyas2882 на Съб, 06/07/2019 - 13:29
Коментари на автора:

*Написано на смерть А.С.Пушкина, погибшего вследствие дуэли 29 января 1837г.
**Убийца Пушкина Жорж Дантес — француз, усыновлённый нидерландским посланником в России Геккерном.
***Владимир Ленский — герой романа в стихах «Евгений Онегин».

Стихотворение распространялось в поздних списках с эпиграфом:
Отмщенье, государь, отмщенье!
Паду к ногам твоим:
Будь справедлив и накажи убийцу,
Чтоб казнь его в позднейшие века
Твой правый суд потомству возвестила,
Чтоб видели злодеи в ней пример.
Авторство эпиграфа не доказано.

превод на УнгарскиУнгарски
Подравни параграфите
A A

A költő halála

Версии: #1#2
Meghalt a költő! Tisztasága
rabját, gonosz szó fente be,
bosszús szívét golyó találta,
aláhorgadt nemes feje!...
S mert alantas sértés, gyalázat
nagy lelkén nem száradhatott,
mint annyiszor már, maga lázadt
a világ ellen - s most halott!
Halott!... Mivégre a dicséret,
a jajongás, a nagy szavak,
a dadogó, szánalmas érvek?
Hiszen a sorsa telt be csak.
Ti hajszoltátok fenekedve
a béklyótlan, merész zsenit,
szítottátok fel - kényetekre!
a hunyó tűzvész üszkeit.
Örüljetek hát! Ezt a szégyent,
gyötrettetést nem bírta el:
kihunyt, csodás szellem-szövétnek,
koszorúja porban hever.
 
Gaz gyilkosa - nem volt menekvés!
pontosan és hidegen ölt.
Nem reszketett a fegyveres kéz,
üres a szív - jól működött.
És nincs is mit csodálni: messze
országból jött, mit annyi más
szerencselovag, pénzvadász,
s a sorsa épp hozzánk vetette.
Dölyfösen járt köztünk - kinek
nincs köze földhöz és beszédhez,
dicsőségünkre fel nem érez,
nem is tudhatta, ama véres
percben mire emel kezet!...
 
S meghalt - s fekszik sötét veremben,
mint ama dalnok, kedves, ismeretlen,
ki vak féltés prédája lett,
kit ő zengett csodás erejű versben,
s kit, mint őt, hidegen egy kéz leterített.
 
Merthogy az egyszerű barátság, enyhe béke
világát ez irigy világgal felcserélte,
mely fojtogat szabad szívet, lángszenvedélyt?
Miért adott kezet hitvány rágalmazóknak,
hazug szónak miért hitt, s alamuszi jóknak,
ő, ki az embert jól ismerte rég?...
 
És ők koszorúját letépték; és helyette
babérral befont töviskoronát
kapott, mely durván felsebezte
fenséges, büszke homlokát.
Utolsó perceit keserítette méreg:
álnok fülbesúgók, gonosz tudatlanok,
s meghalt, s mardosta fullánkos remények
tűntén keserű kín, s bosszút nem állhatott.
Elnémult a gyönyörű ének,
s nem zendül többé soha már.
Lelt szűk, iszonyú menedéket,
s pecsét alatt hallgat a száj.
 
Elfajzott, korcs kevélyek,
vétkükről hírneves atyák utódai,
kegyetlen sorsszeszély sújtotta nemzedékek
rabszolga-lelkű megtiprói, ti!
Ti, kik a trón körül sóváran tülekedtek,
szabadság-, szellem- és dicsőség-gyilkosok!
Törvényetek oltalmat ád tinektek,
igazság, jog nem fog ki rajtatok.
De van egy más bíró, s minden bűnök tudói,
rettentő lesz ítélete!
Aranyatok nem fog megóvni,
szándékot, tetteket ismer ő eleve.
S nem óv ott rágalom! Mind meglakol bűnéért,
irgalmat ne reméljetek!
Mert nem moshatja le a költő tiszta vérét
pokolfekete véretek!
 
Пуснато от tanyas2882tanyas2882 в Втр, 19/01/2016 - 05:09
Коментари на автора:

Ford.: Lator László

Коментари