Font Size
Paroles originales

The Tower Of Famine

Amid the desolation of a city,
Which was the cradle, and is now the grave
Of an extinguished people, -- so that Pity
Weeps o'er the shipwrecks of Oblivion's wave,
There stands the Tower of Famine. It is built
Upon some prison-homes, whose dwellers rave
For bread, and gold, and blood: Pain, linked to Guilt,
Agitates the light flame of their hours,
Until its vital oil is spent or spilt.
There stands the pile, a tower amid the towers
And sacred domes; each marble-ribbàd roof,
The brazen-gated temples, and the bowers
Of solitary wealth, -- the tempest-proof
Pavilions of the dark Italian air, --
Are by its presence dimmed -- they stand aloof,
And are withdrawn -- so that the world is bare;
As if a spectre wrapped in shapeless terror
Amid a company of ladies fair
Should glide and glow, till it became a mirror
Of all their beauty, and their hair and hue,
The life of their sweet eyes, with all its error,
Should be absorbed, till they to marble grew.
(Published 1829)

Башня Голода

Опустошенный город стал могилой.
А жившие здесь люди в старину
Его считали колыбелью милой.
И горек вид крушенья. В вышину
Взметнулась Башня голода - темница
Среди темниц. За тяжкую вину
Преступный сброд во мраке их томится.
И кровь он знал, и деньги, и простор,
А ныне цепь, да хмурых стражей лица,
Да жизнь - как дотлевающий костер.
И все - кресты и золотые шпили,
Дворцы и храмы, мраморный декор
Роскошных зданий в итальянском стиле, -
Все меркнет рядом с Башней. Оттого
Они поодаль жмутся. Так в могиле
Лежит скелет, но чье-то колдовство
Свершается, и вот он, страшный, голый,
Идет в толпу красавиц - для чего?
Чтоб видели, что жизнь, и смех веселый,
И красота, и нежность их тепла -
Все, все уйдет, пока резец тяжелый
Не превратит в скульптуру их тела.
Traductions de « The Tower Of Famine »
russe #1, #2