Luceafărul (रूसी में अनुवाद)

Advertisements
रोमानियाई

Luceafărul

A fost odată ca-n poveşti
A fost ca niciodată,
Din rude mari împărăteşti,
O prea frumoasă fată.
 
Şi era una la părinţi
Şi mândră-n toate cele,
Cum e Fecioara între sfinţi
Şi luna între stele.
 
Din umbra falnicelor bolţi
Ea pasul şi-l îndreaptă
Lângă fereastră, unde-n colţ
Luceafărul aşteaptă.
 
Privea în zare cum pe mări
Răsare şi străluce,
Pe mişcătoarele cărări
Corăbii negre duce,
 
Îl vede azi, îl vede mâni,
Astfel dorinţa-i gata;
El iar, privind de săptămâni,
Îi cade dragă fata.
 
Cum ea pe coate-şi răzima
Visând ale ei tâmple,
De dorul lui şi inima
Şi sufletu-i se împle.
 
Şi cât de viu s-aprinde el
În orişicare sară,
Spre umbra negrului castel
Când ea o sa-i apară.
 
* * *
 
Şi pas cu pas pe urma ei
Alunecă-n odaie,
Ţesând cu recile-i scântei
O mreajă de văpaie.
 
Şi când în pat se-ntinde drept
Copila să se culce,
I-atinge mânile pe piept,
I-nchide geana dulce;
 
Şi din oglindă luminiş
Pe trupu-i se revarsă,
Pe ochii mari, bătând închişi
Pe faţa ei întoarsă.
 
Ea îl privea cu un surâs,
El tremura-n oglindă,
Căci o urma adânc în vis
De suflet să se prindă.
 
Iar ea vorbind cu el în somn,
Oftând din greu suspină:
– O, dulce-al nopţii mele Domn,
De ce nu vii tu? Vină!
 
Cobori în jos, luceafăr blând,
Alunecând pe-o rază,
Pătrunde-n casă şi în gând
Şi viaţa-mi luminează!
 
El asculta tremurător,
Se aprindea mai tare
Şi s-arunca fulgerător,
Se cufunda în mare;
 
Şi apa unde-au fost căzut
În cercuri se roteşte,
Şi din adânc necunoscut
Un mândru tânăr creşte.
 
Uşor el trece ca pe prag
Pe marginea ferestei
Şi ţine-n mână un toiag
Încununat cu trestii.
 
Părea un tânăr voievod
Cu păr de aur moale,
Un vânăt giulgi se-ncheie nod
Pe umerele goale.
 
Iar umbra feţei străvezii
E albă ca de ceară –
Un mort frumos cu ochii vii
Ce scânteie-n afară.
 
– Din sfera mea venii cu greu
Ca să-ţi urmez chemarea,
Iar cerul este tatăl meu
Şi muma-mea e marea.
 
Ca în cămara ta să vin,
Să te privesc de-aproape,
Am coborât cu-al meu senin
Şi m-am născut din ape.
 
O, vin’! odorul meu nespus,
Şi lumea ta o lasă;
Eu sunt luceafărul de sus,
Iar tu să-mi fii mireasă.
 
Colo-n palate de mărgean
Te-oi duce veacuri multe,
Şi toată lumea-n ocean
De tine o s-asculte.
 
– O, eşti frumos, cum numa-n vis
Un înger se arată,
Dară pe calea ce-ai deschis
N-oi merge niciodată;
 
Străin la vorba şi la port,
Luceşti fără de viaţă,
Caci eu sunt vie, tu eşti mort,
Şi ochiul tău mă-ngheaţă.
 
* * *
 
Trecu o zi, trecură trei
Şi iarăşi, noaptea, vine
Luceafărul deasupra ei
Cu razele senine.
 
Ea trebui de el în somn
Aminte să-şi aducă
Şi dor de-al valurilor Domn
De inim-o apucă:
 
– Cobori în jos, luceafăr blând
Alunecând pe-o rază,
Pătrunde-n casă şi în gând,
Şi viaţa-mi luminează.
 
Cum el din cer o auzi,
Se stinse cu durere,
Iar ceru-ncepe a roti
În locul unde piere;
 
În aer rumene văpăi
Se-ntind pe lumea-ntreagă,
Şi din a chaosului văi
Un mândru chip se-ncheagă;
 
Pe negre viţele-i de păr
Coroana-i arde pare,
Venea plutind în adevăr
Scăldat în foc de soare.
 
Din negru giulgi se desfăşor
Marmoreele braţă,
El vine trist şi gânditor
Şi palid e la faţă;
 
Dar ochii mari şi minunaţi
Lucesc adânc himeric,
Ca două patimi fără saţ
Şi pline de-ntuneric.
 
– Din sfera mea venii cu greu
Ca să te-ascult ş-acuma,
Şi soarele e tatăl meu,
Iar noaptea-mi este muma;
 
O, vin’, odorul meu nespus,
Şi lumea ta o lasă;
Eu sunt luceafărul de sus,
Iar tu să-mi fii mireasă.
 
O, vin’, în părul tău bălai
S-anin cununi de stele,
Pe-a mele ceruri să răsai
Mai mândră decât ele.
 
– O, eşti frumos, cum numa-n vis
Un demon se arată,
Dară pe calea ce-ai deschis
N-oi merge niciodată!
 
Mă dor de crudul tău amor
A pieptului meu coarde,
Şi ochii mari şi grei mă dor,
Privirea ta mă arde.
 
– Dar cum ai vrea să mă cobor?
Au nu-nţelegi tu oare,
Cum că eu sunt nemuritor,
Şi tu eşti muritoare?
 
– Nu caut vorbe pe ales,
Nici ştiu cum aş începe –
Deşi vorbeşti pe înţeles,
Eu nu te pot pricepe;
 
Dar dacă vrei cu crezământ
Să te-ndrăgesc pe tine,
Tu te coboară pe pământ,
Fii muritor ca mine.
 
– Tu-mi cei chiar nemurirea mea
În schimb pe-o sărutare,
Dar voi să ştii asemenea
Cât te iubesc de tare;
 
Da, mă voi naşte din păcat,
Primind o altă lege;
Cu vecinicia sunt legat,
Ci voi să mă dezlege.
 
Şi se tot duce... S-a tot dus.
De dragu-unei copile,
S-a rupt din locul lui de sus,
Pierind mai multe zile.
 
* * *
 
În vremea asta Cătălin,
Viclean copil de casă,
Ce împle cupele cu vin
Mesenilor la masă,
 
Un paj ce poartă pas cu pas
A-mpărătesei rochii,
Băiat din flori şi de pripas
Dar îndrăzneţ cu ochii,
 
Cu obrăjori ca doi bujori
De rumeni, bată-i vina,
Se furişeaza pânditor
Privind la Cătălina.
 
Dar ce frumoasă se făcu
Şi mândră, arz-o focul;
Ei Cătălin, acu i-acu
Ca să-ţi încerci norocul.
 
Şi-n treacăt o cuprinse lin
Într-un ungher degrabă.
– Da’ ce vrei, mări Cătălin?
Ia du-t’ de-ţi vezi de treabă.
 
– Ce voi? Aş vrea să nu mai stai
Pe gânduri totdeauna,
Să râzi mai bine şi să-mi dai
O gură, numai una.
 
– Dar nici nu ştiu măcar ce-mi ceri,
Dă-mi pace, fugi departe –
O, de luceafărul din cer
M-a prins un dor de moarte.
 
– Dacă nu ştii, ţi-aş arăta
Din bob în bob amorul,
Ci numai nu te mânia,
Ci stai cu binişorul.
 
Cum vânătoru-ntinde-n crâng
La păsărele laţul,
Când ţi-oi întinde braţul stâng
Să mă cuprinzi cu braţul;
 
Şi ochii tăi nemişcători
Sub ochii mei rămâie...
De te înalţ de subsuori
Te-nalţă din călcâie;
 
Când faţa mea se pleacă-n jos,
În sus rămâi cu faţa,
Să ne privim nesăţios
Şi dulce toată viaţa;
 
Şi ca să-ţi fie pe deplin
Iubirea cunoscută,
Când sărutându-te mă-nclin,
Tu iarăşi mă sărută.
 
Ea-l asculta pe copilaş
Uimită şi distrasă,
Şi ruşinos şi drăgălaş,
Mai nu vrea, mai se lasă,
 
Şi-i zise-ncet: – Încă de mic
Te cunoşteam pe tine,
Şi guraliv şi de nimic,
Te-ai potrivi cu mine...
 
Dar un luceafăr, răsărit
Din liniştea uitării,
Dă orizon nemărginit
Singurătăţii mării;
 
Şi tainic genele le plec,
Căci mi le împle plânsul,
Când ale apei valuri trec
Călătorind spre dânsul;
 
Luceşte cu-n amor nespus
Durerea să-mi alunge,
Dar se înalţă tot mai sus,
Ca să nu-l pot ajunge.
 
Pătrunde trist cu raze reci
Din lumea ce-l desparte...
În veci îl voi iubi şi-n veci
Va rămânea departe...
 
De-aceea zilele îmi sunt
Pustii ca nişte stepe,
Dar nopţile-s de-un farmec sfânt
Ce nu-l mai pot pricepe.
 
– Tu esti copilă, asta e...
Hai ş-om fugi în lume,
Doar ni s-or pierde urmele
Şi nu ne-or şti de nume,
 
Căci amândoi vom fi cuminţi,
Vom fi voioşi şi teferi,
Vei pierde dorul de părinţi
Şi visul de luceferi.
 
* * *
 
Porni luceafărul. Creşteau
În cer a lui aripe,
Şi căi de mii de ani treceau
În tot atâtea clipe.
 
Un cer de stele dedesubt
Deasupra-i cer de stele –
Părea un fulger nentrerupt
Rătăcitor prin ele.
 
Şi din a chaosului văi,
Jur împrejur de sine,
Vedea ca-n ziua cea dentâi
Cum izvorau lumine.
 
Cum izvorând îl înconjor
Ca nişte mări de-a-notul …
El zboară, gând purtat de dor,
Pân’ piere totul, totul.
 
Căci unde-ajunge nu-i hotar,
Nici ochi spre a cunoaşte,
Şi vremea-ncearcă în zadar
Din goluri a se naşte.
 
Nu e nimic şi totusi e
O sete care-l soarbe,
E un adânc asemene
Uitării celei oarbe.
 
– De greul negrei vecinicii
Părinte, mă dezleagă
Şi lăudat pe veci să fii
Pe-a lumii scară-ntreagă.
 
O, cere-mi, Doamne, orice preţ,
Dar dă-mi o altă soarte,
Căci tu izvor eşti de vieţi
Şi dătător de moarte.
 
Reia-mi al nemuririi nimb
Şi focul din privire
Şi pentru toate dă-mi în schimb
O oră de iubire.
 
Din chaos, Doamne,-am apărut
Şi m-aş întoarce-n chaos…
Şi din repaos m-am născut
Mi-e sete de repaos.
 
– Hyperion, ce din genuni
Răsai c-o-ntreagă lume,
Nu-mi cere semne şi minuni
Ce nu au chip şi nume.
 
Tu vrei un om să te socoţi,
Cu ei să te asameni?
Dar piară oamenii cu toţi
S-ar naşte iarăşi oameni.
 
Ei numai doar durează-n vânt
Deşarte idealuri –
Când valuri află un mormânt
Răsar în urmă valuri.
 
Ei au doar stele cu noroc
Şi prigoniri de soarte,
Noi nu avem nici timp, nici loc,
Şi nu cunoaştem moarte.
 
Din sânul vecinicului ieri
Trăieşte azi ce moare,
Un soare de s-ar stinge-n cer
S-aprinde iarăşi soare.
 
Părând în veci a răsări,
Din urmă moartea-l paşte,
Căci toţi se nasc spre a muri
Şi mor spre a se naşte.
 
Iar tu, Hyperion, rămâi,
Oriunde ai apune…
Cere-mi cuvântul meu dentâi –
Să-ţi dau înţelepciune?
 
Vrei să dau glas acelei guri,
Ca dup-a ei cântare
Să se ia munţii cu păduri
Şi insulele-n mare?
 
Vrei poate-n faptă să arăţi
Dreptate şi tărie?
Ţi-aş da pământul în bucăţi
Să-l faci împărăţie.
 
Îţi dau catarg lângă catarg,
Oştiri spre a străbate
Pământu-n lung şi marea-n larg,
Dar moartea nu se poate…
 
Şi pentru cine vrei sa mori?
Întoarce-te, te-ndreaptă
Spre-acel pământ rătăcitor
Şi vezi ce te aşteaptă.
 
* * *
 
În locul lui menit din cer
Hyperion se-ntoarse
Şi, ca şi-n ziua cea de ieri,
Lumina şi-o revarsă.
 
Căci este sara-n asfinţit
Şi noaptea o să-nceapă;
Răsare luna liniştit
Şi tremurând din apă
 
Şi împle cu-ale ei scântei
Cărările din crânguri.
Sub şirul lung de mândri tei
Şedeau doi tineri singuri.
 
– O, lasă-mi capul meu pe sân,
Iubito, să se culce
Sub raza ochiului senin
Şi negrăit de dulce;
 
Cu farmecul luminii reci
Gândirile străbate-mi,
Revarsă linişte de veci
Pe noaptea mea de patimi.
 
Şi de asupra mea rămâi
Durerea mea de-o curmă,
Căci eşti iubirea mea dentâi
Şi visul meu din urmă.
 
Hyperion vedea de sus
Uimirea-n a lor faţă;
De-abia un braţ pe gât i-a pus
Şi ea l-a prins în braţă…
 
Miroase florile-argintii
Şi cad, o dulce ploaie,
Pe creştele a doi copii
Cu plete lungi, bălaie.
 
Ea, îmbătată de amor,
Ridică ochii. Vede
Luceafărul. Şi-ncetişor
Dorinţele-i încrede:
 
– Cobori în jos, luceafăr blând,
Alunecând pe-o rază,
Pătrunde-n codru şi în gând,
Norocu-mi luminează!
 
El tremură ca-n alte dăţi
În codri şi pe dealuri,
Călăuzind singurătăţi
De mişcătoare valuri;
 
Dar nu mai cade ca-n trecut
În mări din tot înaltul:
– Ce-ţi pasă ţie, chip de lut,
Dac-oi fi eu sau altul?
 
Trăind în cercul vostru strâmt
Norocul vă petrece,
Ci eu în lumea mea mă simt
Nemuritor şi rece.
 
lucia9lucia9 द्वारा सोम, 01/12/2008 - 20:49 को जमा किया गया
आख़िरी बार रवि, 27/10/2019 - 08:58 को Valeriu RautValeriu Raut द्वारा संपादित
रूसी में अनुवादरूसी
Align paragraphs
A A

Лучафэрул

Все было сказкой, в наши дни
Такого не бывало.
Средь многочисленной родни
Царевна расцветала.
 
И у родителей одна,
И красотой - икона,
Как будто среди звезд луна,
Между святых - мадонна.
 
Покинув спальни полумрак,
Она к окну подходит,
Ей хочется увидеть, как
Лучафэрул восходит.
 
Любуясь, смотрит, как вдали
Он блещет над морями
И направляет корабли
Зыбучими путями.
 
Ей светит он, ему - она,
При встрече ежедневной -
Звездой царевна пленена,
Лучафэрул царевной.
 
На подоконник локотки
Поставив в ожиданье,
Томится дева от тоски
И смутного желанья.
 
И ярче льется звездный свет
В тот час над замком черным,
Когда царевны силуэт
Сквозит в окне узорном.
 
Лучафэрул скользит за ней
Сквозь пышные покои,
Раскидывая из лучей
Плетенье золотое.
 
Когда царевну клонит в сон
И спать она ложится,
Скрещенных рук касаясь, он
Смежает ей ресницы.
 
И отражаясь от зеркал
Ласкает среди ночи
Лица пленительный овал
И дремлющие очи.
 
С улыбкой тихой спит она,
Он в зеркале сияет,
И звездный свет в глубины сна
И в душу проникает.
 
Она зовет его во сне,
Безрадостно вздыхая:
- Властитель тьмы, приди ко мне,
Спустись сюда, сияя.
 
По тонкому лучу скользни
Из непомерной дали,
Чтоб помыслы мои и дни
Тобою засверкали.
 
Он вспыхнул посреди небес,
Сияньем с солнцем споря,
И, молнией сверкнув, исчез
В глубинах темных моря.
 
Там, где Лучафэрул упал
И возмутил глубины,
Прекрасный юноша восстал
Со дна морской пучины.
 
Он подоконник, как порог,
Переступил небрежно,
На посохе его венок
Из лилий белоснежных.
 
В плаще лазурном за спиной
И с грудью обнаженной,
Встал воевода молодой
Пред девою влюбленной.
 
Прозрачные черты лица
Как маска восковая, -
Холодный облик мертвеца, -
Лишь взор горит, пылая.
 
- Мне нелегко прийти сюда
На голос твой прелестный,
Ведь мать моя - морей вода,
Отец мне - свод небесный.
 
Чтоб на твою ответить страсть
И в замке появиться,
Я должен был с небес упасть
И в море вновь родиться.
 
Пойдем со мной, моя любовь,
Оставь свой мир скорее.
Звездой я стану в небе вновь,
А ты - женой моею.
 
В коралловом дворце своем
Вовек в века не канешь,
И в царстве царствовать морском
Отныне вечно станешь.
 
- О, ты прекрасен! Лишь во сне
Так ангел может сниться.
Но за тобой пуститься мне -
Нет, не могу решиться.
 
Чужды и облик, и слова,
И светишь ты, не грея,
Ты как мертвец, а я жива
И в страхе холодею.
 
***
 
Шли дни за днями чередой.
Шли ночи за ночами,
Лучафэрул во тьме ночной
Вновь заблестел лучами.
 
И вспомнив, как явился к ней
Он в замок, дева снова
Молить владыку всех морей
Во сне опять готова:
 
- По тонкому лучу скользни
Из непомерной дали,
Чтоб помыслы мои и дни
Тобою засверкали!
 
От боли вспыхнув, он погас,
Призыв услышав страстный,
И твердь небесную потряс,
Взметнувшись, смерч ужасный.
 
По всей вселенной в тот же миг
Разлился свет багровый,
И среди хаоса возник
Лик юноши суровый.
 
На черных вьющихся кудрях
Корона золотая.
И будто в солнечных лучах
Вознесся он, сверкая.
 
Две снежно-белые руки
И черный плащ, как саван,
От тяжкой думы и тоски
Бледнее смерти сам он.
 
Но мрачный и бездонный взгляд
Исполнен тайной власти:
Глаза огромные горят,
Как две голодных страсти.
 
- Оставил небо я с трудом,
Сошел, тебе внимая,
Ведь солнце было мне отцом,
А мать мне - тьма ночная.
 
Пойдем со мной, любовь моя,
Свой мир оставь скорее,
Звездой небесной буду я,
А ты - женой моею.
 
Венца из звезд, моя краса,
Тебя я удостою,
И ты взойдешь на небеса
Невиданной звездою.
 
- О, ты прекрасен! Лишь во сне
Так демон может сниться,
Но стать твоей женою мне?
Как я могу решиться?
 
Твоя любовь меня страшит
И ужас мне внушает,
Твой облик душу леденит,
А взор испепеляет.
 
- Не мне ж покинуть небосклон?
Как быть, скажи на милость, -
Ведь я бессмертьем наделен,
Ты смертною родилась.
 
- Мне нужных слов не подобрать,
С чего начать, не знаю.
Должна бы я тебя понять,
А я не понимаю.
 
Но ты уверишься вполне
В моей любви до гроба.
Стань смертным и приди ко мне,
Чтоб страсть познали оба.
 
- Бессмертья просишь моего
Ты за любовь земную?
Поверь, другого ничего
И сам я не взыскую.
 
Я буду вновь грехом рожден
И стану сыном мига.
Я был бессмертьем наделен,
Его я сброшу иго.
 
Опять Лучафэрул исчез -
Так ради девы милой
Пропало с высоты небес
На много дней светило.
 
***
 
А между тем уже давно
Паж Кэтэлин, проныра,
Что в кубки наливал вино
Гостям во время пира,
 
Что шлейф носил и выступал
Всегда с царицей рядом,
Без роду-племени нахал
С лукавым, дерзким взглядом,
 
Чьи щеки алые цвели
Подобно георгину,
Примериваясь, издали
Глядел на Кэтэлину.
 
Красивей не сыскать сейчас,
Горда - вот незадача...
Эй, Кэтэлин, настал твой час,
Так попытай удачи.
 
И улучивши миг один,
Ее он обнял смело.
- Чего ты хочешь, Кэтэлин?
Тебе что, нету дела?
 
- Чего? Чтоб ты средь бела дня
Одна не тосковала,
Чтоб рассмеялась и меня
Хоть раз поцеловала.
 
- Не знаю я, что хочешь ты!
Оставь! Звездой небесной
Навеки пленены мечты,
Она мне дар чудесный.
 
- Не знаешь? Что же, про любовь
Я объясню, что нужно,
Но только ты не прекословь
И будь во всем послушна.
 
Так птичек птицелов в силки
Заманивает ловко.
Ты положи на сгиб руки
Моей свою головку.
 
Покорна взгляду моему
В глаза смотреть мне станешь…
Тебя чуть-чуть приподниму -
На цыпочки ты встанешь.
 
Склонюсь я над твоим лицом,
Лица не отводи ты -
И так всю жизнь с тобой в одном
Мы будем взгляде слиты.
 
Но чтоб узнала, что на рай
Любовь всегда похожа,
На поцелуи отвечай
Мне поцелуем тоже.
 
Мальчишку слушает она,
Словам бесстыжим рада.
Сомненьем сладостным полна:
Прогнать или не надо.
 
И тихо молвит: - С детских дней
Знакома я с тобою:
Ты шалопай и дуралей,
Но и красив, не скрою.
 
Но вот Лучафэрул взойдет
Из глубины забвенья,
Бескрайним станет небосвод
И волн морских кипенье.
 
И сразу слез душа полна,
И грудь теснят рыданья,
Когда к нему бежит волна,
Презревши расстоянья.
 
Он светит постоянно мне,
Любовью утешая,
Но он сияет в вышине,
Жить на земле должна я.
 
Холодное сиянье лить
Он будет бесконечно -
Мне суждено его любить
И быть в разлуке вечно.
 
И потому мне каждый день -
Пустыня ожиданья,
Ночей же сладостная сень
Полна очарованья.
 
- Ребенок ты... Сбежим скорей
От суеты придворной
И, затерявшись средь людей,
Узнаем мир просторный.
 
И если мирно заживем
И ты смелее будешь,
Забудешь ты и отчий дом
И про звезду забудешь.
 
***
 
Летит Лучафэрул. Простер
Недвижимые крылья.
Путь бесконечный сквозь простор
Проходит без усилья.
 
Над ним созвездий яркий свет,
Под ним созвездья тоже,
А он как бесконечный след,
На молнию похожий,
 
Застыл в пространстве мировом -
И словно в день творенья,
Впервые в хаосе пустом
Он видит звезд рожденье.
 
Вот, вспыхнув, новая звезда
Сияет, словно счастье...
А он стремится в никуда,
Как мысль, влекомый страстью.
 
И там, куда стремит полет,
Нет меры, нет границы,
Там тщетно время мига ждет,
Чтоб самому родиться.
 
Нет ничего, есть только страсть,
Слепое нетерпенье,
И глубь, куда возможно пасть,
Подобная забвенью.
 
- Прошу меня, Родитель мой,
От вечности избавить,
И станет вечно род людской
Тебя за это славить.
 
Ты - все: начало и конец,
И жизнь и смерть даруя,
И мне, молю тебя, Отец,
Назначь судьбу иную.
 
Бессмертья нимб возьми назад,
Глаза лиши сиянья,
За час любви отдать я рад
Небес благодеянья.
 
Из хаоса я был рожден -
По хаосу я стражду,
Покоя вечного лишен -
Я вновь покоя жажду.
 
- Ты - сын воды и сын огня,
Ровесник мирозданья,
Чудес не требуй от меня
Без смысла и названья.
 
Ты человеком хочешь стать,
Во всем с людьми сравниться?
Но им дано лишь умирать
И - вновь людьми родиться.
 
Сменяется за родом род,
Чтоб кануть в неизвестность,
И неизменной предстает
Лишь идеалов тщетность.
 
Кому - счастливая звезда,
Кто сгинет, унижаем.
Лишь мы - повсюду и всегда,
И смерти мы не знаем.
 
Для топчущих сегодня прах -
Минувшее основа:
Раз гаснет солнце в небесах,
Зажжется солнце снова.
 
Хоть вечным кажется восход,
Но в нем закат таится,
Все, что родилось, то умрет,
А умерев - родится.
 
Но ты, Гиперион, пребудь
На небе неизменным...
Захочешь, самым мудрым будь
Средь мудрецов вселенной.
 
И голос дать могу такой,
Что сладостное пенье
Долины, горы, лес густой -
Все приведет в движенье.
 
Захочешь миру ты явить
Правленье без коварства,
Весь мир могу перекроить -
Создай любое царство.
 
И войско дать тебе бы мог.
Чтоб ты прошел, воюя,
Всю землю вдоль и поперек,
Дать смерти не могу я.
 
Зачем ты хочешь умереть?
Кому все жертвы эти?
Не лучше ль с неба посмотреть,
Что ждет тебя на свете.
 
***
 
На том же месте, где всегда
Судьба светить сулила,
Восходит яркая звезда,
Вечернее светило.
 
Заря погасла. Тишина.
И вот во тьме холодной
Восходит медленно луна,
Дрожа на глади водной.
 
Бесстрастный блеск ее лучей
Парк заливает старый,
Струясь вдоль липовых аллей
И над влюбленной парой.
 
- Склони мне голову на грудь.
С тобою, ангел, рядом
Так сладко было бы заснуть
Под светлым лунным взглядом.
 
Луна мне с холодом лучей
Дарует мир сердечный,
В глухую ночь моих страстей
Покой вливая вечный.
 
Прижмись ко мне и вновь и вновь
Утешь мои страданья,
О, первая моя любовь,
Последнее желанье.
 
Глядит на них Гиперион
Без зависти и гнева;
Едва обнимет деву он,
Его целует дева.
 
Цветы струят свой аромат.
На головы влюбленных
Бесшумно лепестки летят
Дождем с ветвей зеленых.
 
Вдруг видит в небесах она -
Лучафэрул сияет.
Любовью сладостной полна,
Она опять взывает:
 
- По тонкому лучу скользни
Из непомерной дали,
Чтоб помыслы мои и дни
Тобою засияли!
 
Он снова в небе задрожал,
Как и в былую пору,
Тоски его безумный шквал
Потряс леса и горы.
 
Но не сорвался с высоты,
Не пал на дно морское...
- Не все ль равно, с кем будешь ты?
С другим или со мною?
 
В кругу своем вы жить должны,
Всяк счастлив, если молод,
А мне на небе суждены
Бессмертие и холод.
 
© Vladimir Sosnín
VoldimerisVoldimeris द्वारा शनि, 09/06/2018 - 18:20 को जमा किया गया
लेखक के कमेन्ट:

Перевод: Ю.Кожевникова

कमेन्ट